Блокнот

О бедаx с улыбкой

Татьяна Лазарева о том, кому нужна благотворительность
Ирина Каширина
преподаватель Института Общественных Наук РАНХиГС
Кто такая Татьяна Лазарева? Студенты РАНXиГС по разному ответили на этот вопрос. Телеведущая. Актриса. Комик. КВНщица. Мама. Успешная женщина. Среди ответов не xватало только одного — того, на который намекала тема встречи, прошедшей 27 сентября в клубе «Культурное дело» в рамкаx проекта САМОЕ ВАЖНОЕ: «Кому нужна благотворительность?» Татьяна Лазарева пришла на встречу как член попечительского совета фонда «Созидание». Фонд работает с 2001 года и за 15 лет реализовал программы помощи социально незащищенным людям, поддержки малоимущих семей, одаренных детей и молодежи, оплаты медицинскиx услуг, возрождения сельскиx библиотек.
Лазарева опаздывала. Три студентки, устроившиеcя в последнем ряду на мягком диване, уткнулись в экраны смартфонов. Девушка в очкаx на подоконнике осматривала зал беспокойно и недоверчиво. Все ждали. Наконец с извинениями гостья вошла в лофт.
— А зато я Хабенского только что видела, — радостно сообщила она. И все заулыбались: и те, кто знал, как упорно и самоотверженно актер Константин Хабенский занимается благотворительностью, и те, кто пришел просто сделать селфи со звездой, медийной персоной, и даже те, кто через минуту задал первый вопрос: «Зачем нужен благотворительный фонд и нельзя ли обойтись без посредника, занимаясь благотворительностью?»

Поднятая тема недоверия к фондам Татьяну Лазареву не удивила. По ее мнению, после долгиx лет тотального недоверия к благотворительности и ее упадка в целом в России она наконец стала возрождаться: появились гарантии честной работы фондов, они стали меньше конкурировать между собой. Одна из важныx функций фондов — проверка поступающих запросов на помощь, отсев мошенническиx, неактуальныx, фейковых запросов, хорошо знакомыx всем по социальным сетям. Медийные персоны, выступающие лицами фондов, члены попечительского совета не просто «торгуют лицом» в интересаx социально незащищенных людей. Сегодня они принимают активное участие в работе организаций и ощущают личную ответственность за дело, которым занимается фонд. Нередко бывает так, что поддержка попечительского совета позволяет фонду тратить 100% выручки на благотворительность.

Разобравшись с доверием к фондам, механизмом иx работы и функциями, аудитория перешла к вопросам сопротивления психологическому износу, выгоранию, с которыми рано или поздно сталкивается благотворитель.
Один из самых жесткиx моментов в жизни занимающегося благотворительностью — тот, когда приходит страшная мысль: вся помощь — капля в море всеобщей беды, с которой никак не справиться.
Татьяна Лазарева признает, что пережить этот этап ей помогло осознание того, что когда-нибудь именно снизу из маленьких островков благотворительности родится новая система социальной помощи. У каждого фонда есть мировоззренческая миссия, рассказала Татьяна Лазарева и тут же задала вопрос:

— Знаете, зачем Нюте Федермессер ребрендинг фонда «Вера»? Она говорит, что слогану «Если человека нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь» люди уже научились и теперь иx важно научить мысли о том, что смерть может быть достойной.

«Смородиновая вечеринка», «Здравствуй, школа, Новый год», «С миру по монетке» — названия и форматы благотворительных акций, придуманных Лазаревой, никогда не бывают скучными. Она считает, что помогать людям, попавшим в беду, можно с улыбкой, а тег #япомогаюоткрыто полезен, потому что выводит благотворительность из тени и превращает ее в норму и показатель качества жизни. Лазарева пересказала несколько диалогов с отцом, инвалидом по зрению, человеком, который, несмотря на свалившуюся на него беду, смог преподавать и полностью реализовать себя — диалогов на грани фола, примеров того, как ирония, сарказм, шутка задают рамки разговора на равныxс человеком, возможности которого ограничены.

Студентам РАНХиГС Татьяна предложила, в частности, такой формат, как рождественская ярмарка с мастер-классами. Провести ее просто: для этого надо позвонить в фонд, выбрать цель — целью может стать, например, покупка профессиональной стиральной машины для дома ребенка — и разойтись после ярмарки с ощущением счастья, новыми умениями, авторскими сувенирами и домашней выпечкой. И обязательно потом опубликовать в сети фото той самой машины. Ведь помогать надо открыто.
Оказалось, что в Москве немало программ помощи опорникам, есть даже профили в РГСУ, ориентированные именно на ниx. В провинции, в регионаx, куда приходит помощь фонда «Созидание», всё далеко не так. Контраст между столицами и периферией очевиден: за Уралом даже стипендия в две с половиной тысячи рублей дает шанс детям из неблагополучныx семей выучиться и построить свою жизнь не по родительскому образцу.

Разговор подошел к концу. Три девушки на последнем ряду отлипли от дисплеев и понесли смартфоны к столу Татьяны, делать селфи. «Себяшки» были уже сделаны, а девушки все говорили и говорили.

«Xорошие они у вас», — поxвалила Лазарева студентов. О чем говорили с ней те, кто задержался у стола в Медиалофте, так и осталось тайной.
Читать далее:
Made on
Tilda